Серая рябь: cтрасти по мариупольски.

Холодная весна

Читателей 👀: 80
Прочитано : 101


Страны: Украина


Поделиться с друзьями

Капли дождя неторопливо стекают по стеклу, размазывая зимнюю тоску на больничном окне. Туманят и размывают очертания голых веток каштана. Холодная весна не спешит в мой город. Задержалась где-то и, кажется, что она уже никогда не придёт. Так и будут зябко качаться безлистые деревья под порывами сырого ветра или устало замирать, кутаясь в серое тряпьё тумана. Тоскливо. Ловлю себя на мысли, что почти уже ненавижу свой город. За эту разлитую по улицам безнадежность. За неприветливые, какие-то отстранённые, лица прохожих. За мерзкий суржик, который фальшивым скрипом иногда слышится то там, то здесь. За смиренность и безразличие людей, живущих по соседству и за всё крепнущую хозяйскую уверенность во взглядах «камуфла». Мрачное настроение никак не улучшает факт необходимости каждый день приходить в больницу и терпеливо лежать, ожидая того момента, когда последняя капелька раствора вольётся в мою кровь. Не люблю болеть. И больницы не люблю. Предпочитаю лечиться дома. А вот на этот раз назначили капельницу...

Дождь на стекле

— Ой! Да не смотрите Вы в окно. Ничего радостного там не увидите. Только настроение себе испортите. — Словно подслушав мои мысли, произнесла молодая женщина, которая так же лежала под капельницей на соседней кровати. Палата дневного стационара рассчитана на четверых, но сегодня нас двое. Тихо. Скучно. Не самое плохое средство развеять тоску, начав пустяковую беседу. Раньше я бы с удовольствием пообщалась с незнакомым человеком, но только не сегодня. Промолчать не получится. И я сухо ответила:

— Вы правы. Ничего радостного нет. Безнадёга. — Последнее слово я произнесла по слогам, как бы покрывая им всю беспросветность жизни вообще, а не только унылый кусок пейзажа за окном.
— Ну, не знаю — С сомнением произнесла соседка — У нас такие страсти каждый день кипят, что хоть роман пиши или фильм снимай. «Голливуд» отдыхает!
— Какие страсти могут быть в этом городе? О чём Вы говорите? Болото. Стоячее болото с протухшим душком.
— Вы, наверное, в многоэтажке живёте? Знаю я, как в этих скворечниках люди общаются. В лучшем случае буркнут «Здрасте» и убегают побыстрее. А я вот в частном секторе живу. У нас людей поменьше, конечно, но зато все друг друга знают. Жили всегда мирно, не ссорились и не спорили. А уж такого чтобы кто-то кого-то побил или ещё чего сделал — сроду не было. А вот как началось всё это, то и у нас все, как с ума посходили.

— Что началось?— Уточняю я, проявляя слабый вежливый интерес.
— Как что?! Майдан, конечно!

«Мы же как жили? У каждого дом, огород, хозяйство. Кто кур держит, кто кроликов разводит. Работы невпроворот. То вскопать, то посадить, то покормить, то забить, то на рынок отнести, то дом подремонтировать или забор покрасить. Постоянно чем-то заняты. Только по вечерам иногда собирались бабы или мужики посудачить да посплетничать. О политике вообще никто не говорил. Разве, что в «оранжевую». Тогда да. Говорили, но больше обсуждали кто там выступал из артистов и по телевизору смотрели, как молодежь бездельничает. Из политики шубу не сошьёшь и на стол не накроешь. Не нужна она нам была. Своих забот выше головы. И когда в тринадцатом в Киеве волнения начались, мы тоже не особо интересовались. Киев далеко. Бездельники. Скучно им вот и мутят воду. А потом вдруг образовался «евромайдан».

Долго обсуждали между собою хорошо это, к Европе присоединиться, или плохо. Спорили. Дружно решили, что Европа — это хорошо. Сразу вспомнили все обиды. И что на рынке милиции надо платить чтобы не прогоняли, и что дороги убитые, и что эти из «Партии регионов» совсем зажрались — на заводе ни украсть, ни вынести и за всё штрафуют безбожно. А вот если в Европу уйдём, то по стандартам Евросоюза у нас и уровень жизни повысится и дороги отремонтируют. В общем, все поддержали майдан.

Потом начался «антимайдан». Опять переживали очень. Не понятно всё. Слухи разные доходят. То кому-то родственник рассказал, что кого-то там побили, а кого-то не пустили. То на работе кто что услышит и всем вечером пересказывает. То по телевизору показывают каких-то маргиналов бомжеватого вида, которые тоже хотят в Европу. Стали задумываться. А вот когда началась стрельба по живым людям, тогда до многих дошло, что не всё так гладко с этой Европой. Ну ее к чёрту. Столько лет без неё жили и не тужили. Не надо нам в Евросоюз. Пусть всё будет как раньше. Лишь бы не стреляли.

Дальше, больше. Девятого мая уже не где-то там, в далёкой столице, а прямо здесь, в городе, расстреляли милицию. Все были в ужасе! Как такое могло произойти? Они что, в своей Раде все с ума посходили? И как нам теперь жить? Начались погромы и разбой. То на посёлке дом обворовали, то кого-то побили и деньги забрали. Страшно. Решили по ночам дежурить на своей улице. Мужики вооружились кто чем и стали охранять. Тогда случай такой курьёзный произошёл.

Как-то ночью отключили свет. Темнотища — глаз коли. Мои соседи, через один дом, очень строгие такие родители. Особенно отец. Сына в ежовых рукавицах держал. А тут весна. Парнишка с девушкой познакомился. Встречаться стали. Ну и запоздал он, а чтобы отец не ругался, решил тихонько через окно в свою комнату забраться и сделать вид, что спит. Только он через забор стал перелезать, как на него «дежурные» навалились. Мутузят его почём зря. Он кричать стал. На шум все повыскакивали и его отец тоже. Расталкивает мужиков и кричит: «Дайте мне! Я сам его убью! Чтобы не повадно было чужое воровать». Мужики расступились немного, а пацан так жалобно: «Папа, не бей меня. Я больше не буду с Танькой гулять»

Ну, да это я к тому рассказала, что страху мы натерпелись в то время. А когда МВД сожгли, никто уже не сомневался идти на референдум или нет. Одиннадцатого мая все, как один, пошли и проголосовали за независимость. Если Киеву на нас наплевать, если он нас без защиты оставил, если наших мариупольских милиционеров среди бела дня из танков расстреливает, то не нужен нам такой Киев. И Украина не нужна. Сами проживём. Край у нас, слава Богу, богатый. Своими деньгами сами будем распоряжаться, а Киеву шиш с маком.

Первые разногласия начались накануне президентских выборов. Спорили до хрипоты. Кто за Порошенко агитирует, кто вообще предлагает не голосовать. Тогда-то некоторые и заявили, что если не выберем президента и не признаем Украину, нас всех перестреляют. Им не верили. Говорили, что наоборот, нужно не пускать Украину в Донбасс. Ведь это армия из танков по людям била. Как прошли выборы и кто за кого голосовал уже не помню. Я не ходила. В этом моя совесть чиста. Порошенко не отменил АТО. Летом уже вовсю снаряды летали. Страсти на нашей улице накалились.

Как-то утром выхожу из дома, а у меня все пионы в палисаднике с корнем вырваны. Ни одного цветочка не осталось. Соседка рано утром всю охапку моих пионов отволокла «защитникам» Их танки на Восточный шли. Она увидела и подсуетилась. Когда об этом узнали, с нею перестали здороваться. До сих пор «упоротой» называют, не иначе. А она из вредности или из желания доказать свою правоту взяла за правило гимн петь. Как только начинается стрельба, выбегает из дома, становится посреди огорода и голосит, что есть духу: «Ще нэ вмэрла Укрийино...» До сих пор так делает. Слава Богу, что сейчас очередное «перемирие» и бахают редко.

Ей в отместку соседи устраивают «троллинг». Как только она высунется из дома, обязательно кто-нибудь начинает её о «покращеннях» спрашивать. То люстрацией угрожают, то к Супрун посылают. Она злится и всех «сепарами» обзывает. Каждый день такой концерт на улице. Весело у нас. Никогда бы не подумала, что мои соседи врагами станут. Всю жизнь рядом прожили. Дни рождения отмечали и умерших провожали всей улицей. Как будто забыли всё, что раньше было и помнят только вот эти четыре года.»
Страсти

Последние капли раствора медленно опускаются по прозрачной трубочке. Перекрываю систему и самостоятельно избавляюсь от иглы. Наверное, медсестра будет недовольна моим самоуправством, но, честное слово, не могу ни одной лишней секунды находиться в этой унылой палате. Нет сил выслушивать восторженный бред случайной соседки об этих «страстях» местного значения. Боже мой! Какого же масштаба должна была случиться катастрофа, какие бедствия должны были обрушились на мою страну, чтобы всколыхнулось это тихое болото и закипели «страсти» в одной отдельно взятой мариупольской луже! Люди. Людишки. Четыре года страна обливается кровью, изнемогает под гнётом нечеловеческих законов, погрязает в нищете и убожестве, а их волнуют и развлекают мелкие «страсти» и соседские «бои местного значения»

Полнотекстовое размещение статьи в соц.сетях и сайтах размещать запрещено, только анонс с обязательным размещением активной индексируемой и прямой гиперссылки(без атрибута "nofollow" и редиректа) на страницу первоисточника. Размещение со ссылком с редиректом размещать запрещено. Уважаемые граждане, уважайте труд автора.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями